§ 3. Синезий 103

Гносеология Синезия, за исключением нескольких пунктов, представляется не вполне ясной. Несомненна ее связь с этикой. В этом отношении нужно сказать, что разноречие Синезия с христи­анством касается только оценки добродетели: в то время как христи­анство склонно придавать ей самостоятельную ценность, Синезий видит в ней условие правильного познания, и только это он находит в ней ценного. Но что касается того, что только добродетельный мо­жет достичь глубины познания или что только нравственно чистый может надеяться познать чистоту, то эта мысль встречается, помимо Синезия, и у отцов восточной церкви, например у Григория Богосло­ва¹⁸⁵. Неясно здесь только, какое познание имеется в виду, потому что у Сийезия недостаточно точно проведена граница между верой и знанием. Философия, по его мнению, находится в противоречии с народными воззрениями, в том числе, значит, и с христианством, потому что его он считал тоже народным верованием. И Синезий (что мы могли бы ожидать только от морализирующего скептика) говорит, что не следует разрушать эти ложные народные верования, что народу необходима ложь, и философия не должна ее касаться¹⁸⁶. С другой стороны, некоторые выражения в сочинениях Синезия заставляют думать, что абсолютную истину он считал недоступной для познания и превышающею силу ума. В духе неоплатоников и Дионисия Ареопагита он находит возможным высказать о Боге исключительно одни отрицательные суждения¹⁸⁷. Существует в от­ношении познания большое различие между Богом и человеком. Природа Бога обеспечивает ему абсолютное познание: ему ведомо

шанным умом, но ум находится в душе живого существа... Бог же создал удовольствие, приколотое к душе, через это оно держит осаду тела... бес­страстие ведь в Боге — по природе, а люди, оставившие зло по добродетели, делаются более умеренными в страстях]. P. G. col. 1129.

¹⁸⁵ М. Grabmann. Die Geschichte der scholastischen Methode. Bd 1 1909 S. 87.

¹⁸⁶ Письмо 105 [III, p. 239]: огсва 6' 6n TtoXXa (piXoaotpia role, epuXo^evou; тоотоц агабштаттета! 56yjiaoiv... vow; nev ow 91X600905 ёгооттт|<; uv таХявогх; сгоухюреТ ifi xpet" to* уейбеавт... та^тр mi тб \|/ew5o<; бфеХо; elvai тйецаг 8г|Цф Kai pXaflepov ttiv aXr|6euxv той; owe ioxwooav evaTevtaai лр6<; ttiv tuv 6vrcov evapyeiav [ты же знаешь, как много философия противоречит расхо­ жим учениям... ведь ум, будучи философом, рассматривающим истинное, соглашается с необходимостью обмана... поэтому я полагаю, что обман j полезен народу и истина вредна для тех, кто не в состоянии тратить силы на .; прояснение сущих вещей].

¹⁸⁷ Гимн 3 [hymne 2. 226-230 (I, р. 65)]: Питер ayvoxne, Патер аррлте, аууохтте v6q>, аррпте Хоуф [Отче непознаваемый, Отче несказанный, непо­ знаваемый умом, несказанный словом]. Ср. De regno, гл. 5: ot>6ev ov>8a[ifi жо Tiecpirvev 6vo|a.a Tfj<; ouafai; ооттбцеуоу то\> 8eo<J dXX' ате\)ктоО\ае<; аотоО тг}<; ёцфааеах; аубрсожп, Sia tuv arc' агтгО vyauew eOeXouaw avrarO [ни в каком виде никогда не было никакого имени сущности, владеющего Богом, но лишен­ ные образа Его люди желают дотронуться до Него через то, что от Него]. P. G. col. 1065.

104 Глава I

будущее так же ясно и хорошо, как настоящее. Человека же природа обеспечила в этом отношении гораздо меньше. Но у него, по мне­нию Синезия, есть средство отчасти восполнить этот недостаток, а именно гадание¹⁸⁸. Наиболее ценным видом гадания Синезий считает толкование снов и посвящает ему отдельное рассуждение. i Здесь он указывает на громадную роль фантазии, или воображения, 5 в процессе познания (ф_аутоо£а, тб cpavraorixuv). По его мнению, I зрение, слух и проч. не суть чувства, а только его органы (ato9ifaeax; | бруоуа), которые сообщают душе одни лишь отрывочные впечатле-i ния, и только воображение, дополняя их, создает цельный образ ^|8'Г В обыкновенном, бодрствующем состоянии воображение питается тем, что ему дают чувства, т. е. земными впечатлениями. Но во вре­мя сна душа теряет физическую связь с материей, и воображение воспаряет в горнюю область; а так как мир есть замкнутое целое, некий организм (£(pov), в котором все находится в связи, то душа, находясь здесь и теперь, может при этом получать сведения о том, что там есть и что еще только будет'⁹⁰. И чем чище человек, чём он целомудреннее и добродетельнее, тем больше истины в его сновиде­ниях. Нужно только уметь их разгадывать '*'.

Все это показывает, что в Синезий мы имеем если не ориги­нального философа, то во всяком случае мыслителя, который самостоятельно продумывал философские проблемы. Философия была для него делом жизни, поэтому во всех его философских рассуждениях видна глубокая заинтересованность и убежден­ность в тех вопросах, о которых он говорил. Другую характерную черту его философии составляет то, что этика и метафизика не представляются ему двумя разными областями, которые можно обсуждать независимо одну от другой. Обе тесно у него перепле­таются, и вопрос о первенстве между ними не имеет для Синезия никакого смысла.

Политические взгляды Синезия, как сказано, изложены преиму­щественно в его речи жр\ fktadefas*¹*¹¹¹ [о царстве]. В других его

¹⁸⁸ De msomniis, гл. 1 [I. 2 (IV, р. 269)]: веб; те ауврсожл) rai ауврсожх; Siaipepei Oipio-o- aXXa 9еф цёу eiq тб yivucnceiv f| qrixm; оркеТ; ало 8е iwxvteioi; аувршлш лаХХалХйотоу roxpaytveTai wG tfj KOtvfi qrixrei TtpoafpcovTcx;. 6 yap жАй; тб rapov jtovov ot8e, nepi Se wu цт|жо yevonevoi) атохофтси [Бог же отличается от человека, и человек — от зверя. Но Богу достаточно природы для позна­ ния, человеку же в гадании является больше, чем содержится в подобающей ему общей природе. Большинство же знают только явное, а о никогда не бывшем гадают]. P. G. col. 1284.

¹⁸⁹ Там же, гл. 4.

¹⁹⁰ Подобный же взгляд на сны высказывает и Пселл (XI в.). См. Bibl. graeca mediiaevalc, vol. V стр. 41 (ed. К. Sathas. 1876).

¹⁹¹ О влиянии на это сочинение Порфирия и халдейской мантики см. W. Lang. Das Traumbuch des Synesius von Kyrene. 1926 стр. 40, 52, 77, 81,90.