§ 6. Евстафий Солунскш и его время 341

ле слов Щисуса] Христа «Отец болий Мене есть» и др. Во всех этих случаях, благодаря его преданности делу, его правильному взгляду на вопрос и настойчивости, с которой он проводил истинное мнение, ему удалось отразить раздор, который сеял отец лжи, и спасти души многих из своих подданных³³⁹. Таким образом, Евстафий в своей ха­рактеристике императора Мануила повторяет ту мысль, которую он высказывал и в других речах, но он дает ей здесь некоторое принци­пиальное и более широкое обоснование. Подданные повинуются госу­дарю телесно; но тело связано теснейшим образом с душою; поэтому государство должно обеспечить за собой и души. Отсюда вытекает, что забота о церкви и участие в ее делах составляют одно из непре­менных и'важных проявлений императорской власти.

Приблизительно те же идеи находим и в речах современников Ев-стафия. От Михаила Ритора.^ЬХХ1¥ бывшего преподавателем экзегетики в церкви Св. Софии, а потом протэкдиком"^ и действовавшего около середины XIII ст[олетия], до нас дошло четыре речи, обращенные к имп[ератору] Мануилу, и слово на смерть того же императора³⁴⁰. Оратор охотно останавливается на добродетелях Мануила. Он про­славляет неустанную деятельность и труды императора и сравнивает его, в этом отношении, с пчелой³⁴¹; говорит о его самообладании, об умении подчинять себе душевные движения и страсти³⁴², о его кро­тости и снисходительности к людям³⁴³. В перечислении этих добро­детелей, кроме, может быть, трудолюбия, литературная традиция от­разилась гораздо больше, чем действительные свойства имп[ератора] Мануила. Михаил Ритор больше изображал, каким должен быть им­ператор, чем каким был Мануил. Та же традиция видна и в том, что он противопоставляет друг другу добродетели царя и человека. Будучи, с одной стороны, человек, а с другой — самодержец, говорит Михаил, обращаясь к императору, — ты мудро уделяешь тому и другому то, что ему соответствует: власти — высокие дела, ибо ими оправдывается царское достоинство, а человеку — умеренность нравов¹⁴⁴. Это про-

³³⁹ § 37-38.

³⁴⁰ Regel. Fontes I p. 131-228. О нем см. Krumbacher, 473.

³⁴¹ Стр. 135: лари nooov finetg £рх6ш;6а тле цеХйтрс,... xal блшд тцлад cVrp&iEi тб cpvotoocpov tovto £uov xai Jtovn.p6v тойд yap лбуоид ainfjg npooxpfpovrai раснШд [по труду в нас есть нечто близкое пчеле... и как это от природы мудрое и много хлопочущее животное заботится, так и цари несут подобно ей труды]. Стр. 200: & n6voi раотХеЧос,... [о, труды царя...].

³⁴² Стр. 137: EXEig paoiXixSg iiEpl Tf|v uheivw 6wa|iiv Tfjg tjnJX4c;> пшд plXXeig ufi xai tag aXXag aurfjg 6wau,£ig f|viox£Tv xai (Ьд evi tuv jioXXuv йлпхбф хрч°в^а1 xai тф 6v|j.(5 [царственно ты владеешь лучшей силой души, таким образом ты намереваешься не только прочими ее силами управить, но и единым подданным многих (сил, страстей) — гневом].

³⁴³ Стр. 167: cpi>.av9pcojTOTaTog [самый человеколюбивый]; 182: лрдбтпд [кротость]. Ср. стр. 203.

³⁴⁴ Стр. 150: тр |i£v apxfi тб tuv Ipywv йфод — тоОто yap (JaaiXe'tov tori 6ixa(cou,a — avOpamw бе то whptov tuv f)9uv.

342 Глава IV

тивопоставление ведет свое начало от Диона Хризостома, но Михаил формулирует эту мысль несколько иначе, чем Дион³⁴⁵.

В ряде терминов и эпитетов Михаил выражает религиозное освя­щение и религиозный характер императорской власти. Он называет Мануила боговенчанным (uvcc| беоотефт^д), христолюбивейшим (фЛохрютбтатос;), говорит о подражании Христу, проявляющемся в деятельности императора (хрютоигцт^тшс,)³⁴⁶. В других эпитетах и обращениях проглядывает мысль о попечительном характере импе­раторской власти: он прилагает к Мануилу гомеровское выражение noiuf|v Xacov [пастух народов], называет его «царь-солнце» (fjXioc, Paouetic,), имея в виду безостановочную деятельность солнца на пользу человечества (nepi ёруа x(vr|p.a owe/ec, [о делах, связанных с движением]), и несколько раз говорит об общей пользе как результа­те деятельности императора: тб xotvaJg aupxpepov, ком*) tffiv UJir)x6a>v (ЬфйХгю³⁴⁷. Вообще же, из задач государственной власти Михаил Ри­тор особенно выделяет установление права и справедливости.

В одной речи он говорит об этом предмете в общей форме. Ничто не может быть в такой мере важно для подданных, как справед­ливость архонтов (6ixaiooTjvn upxovrcov), и Михаил приветствует императора за то, что он держит крепко в руках меч правосудия (¥| (ЬоцфаСа rfjg 6ixaiocnjvr|c,). Очевидно, здесь оратор имеет в виду проведение принципа закономерности в управлении³⁴⁸. Насколько он искренен, воздавая в этом отношении похвалу имп[ератору] Ма­нуилу, это не имеет большого значения; важно, что он видит в этом существенную задачу императорской власти. В другой речи он сближает 6ixaiooTJvr| с [обтпс,, и тогда его слова получают несколь­ко другой смысл. У тебя, говорит он, обращаясь к Мануилу, весы справедливости не наклоняются ни на ту, ни на другую сторону, и ты совершенно одинаково относишься как к тем, кто окружает твой трон, так и к простым людям³⁴⁹. Здесь Михаил снова пользуется сравнением с солнцем: как Бог посылает дождь всем людям одина­ково, и солнце светит для праведников и грешников, так и император

³⁴⁵ Revue des etudes grecques. [Написано карандашом. Очевидно, Валь- денберг имеет в виду свою статью о Дионе: La theorie monarchique de Dion Chrysostome // Revue des etudes grecques. 1927. T. 40. P. 184-188.]

³⁴⁶ Стр. 131,167,213. ^М7Стр. 145,147,155,167,199. "«Стр. 180.

'''''Стр. 187: ocKpfj Y&P тоито 6pov тле аХлбоис; 6ixaiocrtvrig el6ti>g, £л1 n<'ivTd>v ipav Tfjg lariTTiTog xal алб toutou roTg ласту лроочрфеовш, oux блшд Movoig той; бт1 еууитш Tfj? 0% icrtaaai 66|r|g Xaxouoig xal T6v |3aa(Xciov ctg xuXov m.x(ttowi Opovov... aXXu xal f|utv той; хоти тбу noXuv uv0puMtov xal тнлп viYrrpov, ii uaXXov той; oiix av6pciwroic,, той; oxd>Xri|tv [он знает это ясное определение истинной справедливости: возлюбить равенство ко всем и всем or него предложить, — не только тем, кому выпал жребий встать близ его сланы и окружим, царский трон... но и нам, людям простым и ничтожным, или, скорее, не июлям, а червям].