§ 1. Философские направления вХ1-х1п вв. 271

Основные элементы, из которых образовалась вселенная, опре­делили еще первые мудрецы, и сделали это, как уверяет Феодор, по божественному вдохновению (£и 9e(ag tmnvoicu;); их учение он при­нимает. Элементов четыре: земля, вода, огонь и воздух. Они не толь­ко являются составными частями мирового целого (тй хаЭб^ои), но из них же составляется и каждая отдельная особь, каждое явление (тй ncpixu). В человеке им соответствуют: кровь, флегма, светлый и темный соки⁸⁴. Из них образуется человек, конечная цель творе­ния (тб теХшЬтатоу тёХо? праум-олхоу), честная четверица (f| Ti^ta тетрйд), которая, по выражению Феодора, из четвертой монады пе­решла в четверичную двоицу (elg тетрал^у бийба цетахюр^оаоа) и чрез четверичную троицу усовершенствовалась в единую четвери-цу (йлартювеТосо elg тетрйба uova6ixiiv). Будучи таковою, человек получил разумную душу от первой и поистине троичной монады (лари Tfjc, uvrcog TpinMjg цоуабос,), от которой сотворены и мир, и все отдельные его части. Поэтому человек носит в себе черты и тро­ицы, так как душа его имеет тричастную природу, и четверицы, так как состоит их четырех элементов; вместе с тем он имеет отношение к седмерице, освященной Богом Словом, почившим в седьмой день от дел творения⁸⁵.

Четырем элементам соответствуют, по учению Феодора, четыре кардинальные добродетели: рассудительность, мужество, умерен­ность и справедливость. Полное свое осуществление они находят только в Боге. Но человек, будучи последней целью всего творе­ния — ибо не он сотворен ради стихий, а стихии ради него — и, нося на себе образ Божий, имеет своей обязанностью уподобиться Богу в нравственном, как и в других отношениях (EixovioGfjvaC (ie бе!)⁸⁶.

С этой метафизикой имп[ератора] Феодора находится в связи содержание второй книги сочинения, где он говорит о небесных яв­лениях в согласии с современной ему космографией и астрономией. Затем следует 3-я книга с очень разнообразным содержанием, пред­ставляющим отчасти личный, автобиографический материал, так как автор говорит, между прочим, и о своем философском развитии и о философских системах, которым он следовал⁸⁷. Наконец, он ста­вит сократовскую проблему о знании, причем устанавливает тесную связь между гносеологическими вопросами и метафизикой. Он счи-

первенство среди всех. Ныне же я передаю тебе учение об отдельных и общих элементах, полное доказательство движения неба и преходящих состояний, сильных и слабых. В третьей (книге) я говорю о раскрытии всего и многообра­зии жизни, из чего ты удобно поймешь великие замыслы; в последней же книге я говорю, что есть то, чего я не знаю. Одновременно я показываю в этой книге, чего не знает философ; я же философ и не стыжусь].

⁸⁴ XI, 103-106.

⁸⁵ XI, 106-107.

⁸⁶ XI, 111-113.

⁸⁷ См. напр. XII, 34.

272 Глава IV

тает, что существует два основных понятия, на которых все строит­ся: бытие и небытие (той 5vrog те xai u,f| блтос,). Им соответствуют знание и незнание (ууоюас, xal uyvcoota), за которыми следуют наука и невежество (Ьисггпит) xal aua9(a); этим опять соответствуют доб­родетель и мрак порока. Таким образом выходит, что кто не обладает знанием, тот, с одной стороны, находится в сфере несущего, а с дру­гой стороны — не имея добродетели, обречен дурно прожить свою жизнь на земле⁸⁸. Феодор выражается не всегда достаточно ясно, но, по-видимому, мысль его та, что от соответствия или несоответствия действий человека требованиям нравственности можно заключать, обладает ли он истинным знанием⁸⁹. А так как большинство, в том числе и философы, не проявляет ревности к добродетели, то они, значит, не имеют и истинного знания.

Второе из названных произведений представляет собою, до известной степени, трактат по философии культуры. Автор ставит вопрос: что выше — природа или же культура, поскольку она оп­ределяется сознательной деятельностью людей или составляет ре­зультат случайного стечения обстоятельств?⁹⁰ Это — тот же вопрос, который в XVII в. с такой гениальностью поставил Руссо и которого с различных сторон касались Гоббес, Мандевилль. Как видно из са-

⁸⁸ ol (if) exovtec; olxcfomv apETfjc, xaxtcmog ^ffioiv tnl rfi? yfJC [не водящие дружбу с добродетелью дурно живут на земле].

⁸⁹ XIII, 40: 6 foivuv тг)д apETfjg rfj? £m66oecoc; orepio>c6nevog xai (if| ярб? evtexexeiov Ьиат?ца\д лрбтероу бХсос; uvaxpaGclg яй? av Ейдофчоп той хХеюцог); ...xal yup 6 yivcooxcov 6vrcog yivc&oxETai xal exwv 6vrcog nepioaEueyjaETai- 6g 6e crrcptaxETai ou oxo(ti ndvrcov ярауцатшг длтбтпта ax6vro)v Yvffiaiv tfiv aX£6fj. 6ia таита navra yvoug xaycb тб xfjg Enfjg аца9(ад ОЕоабршцйуагу, Шухф тй eEayopetioci, 5ti те xal obg ajiavraiv crrepiox6n£vog, бп 5t xai айтояроафётшс; тб лЕрсхаХХица tfflv £Хатта>|хатсоу avaxaXOiJiag, тб ?aco0Ev Tfjg au,a6tag oroa6pa>n£vov apiSi^Xcog тоТс, naaiv Ev6£(|ovai [итак, лишенный возрастания добродетели и не вознесенный прежде полностью к конечной цели (энтелехии) знания, как он улучит счастливый удел про­ славленного?.. И знающий подлинно знает и имеющий подлинно будет изобиловать; тот же лишится, кто не будет обладать сущностным истинным знанием всех дел. Поэтому и я, узнав, что было испорчено моим невежест­ вом, обличил себя обнаружением, чтобы, лишеный всего и сам снявший покров (своей) ущербности, показать всем явно изнутри испорченное не­ ведением].

⁹⁰ Вот начало I главы: 'Ех noXXaiv цеу лрауцатшг xal uXXcog yv6vT£c; ol avOpconoi, Urn тб <pw£i xpeittov тоО Qtaci, imepi%ei те xal тог) tuxti. xal ££ atiTUv 6f| vofjaai 6i)vavtai, c&v tneiyoyiai X£|ai vOv, xal oux uv uXXcog sxeiv ЕТят] tis tout' айтб fl c&? fl q>votxf| axoXov6(a xal aXtiBfig napaan^oEi Ti"in£pov 61' ЕцоО [Из многих вещей знающие люди способны понять, что то, что по природе, сильнее того, что по положению, и того, что по обстоятельствам, — но так как я все же намерен заняться (этим вопросом), хотя бы кто и считает иначе, я представил сегодня естест­венные и истинные заключения]. — Сочинение напечатано в Patrol, gr. t. 140, col. 1259-1396.

.s*¹' /. Философские направления в XI-XIII вв. 273

мой формулировки вопроса, Феодор склоняется к решению его в пользу природы и для доказательства своей мысли приводит разные примеры. Между ними главное место занимает общественная жизнь людей (xoivcov(a). Откуда она? Есть ли она произведение природы или произвольное установление? Первоначальную причину ее (ярс&тси ctWcci) следует видеть в природе человека, как физической, так и духовной⁹¹. Но играет немалую роль и образование (лоябеСа). Что для материи составляет форма (еТбод), то для человека — обра­зование. Оно включает в себя различные знания (u,a9r)oicj: военное искусство, мореходное, разные ремесла и т. д., но все они, так или иначе, имеют связь с философией как совокупностью общих знаний (xaGoXixf) nuOricac;). И сановник, и архитектор, и полководец — все нуждаются в философии, — не потому, чтобы они сами философст­вовали, но потому, что они должны работать и действовать по ра­зуму (иато: A.6yov ipyu^EoQai)⁹². Но в философии, как и во всяком другом знании, мы можем различить то, что от природы, и то, что имеет условный характер⁹³. К сожалению, имп[ератор] Феодор не выдерживает линии своего рассуждения. Мы ожидали бы от него указаний, чтб именно в науке определяется самой природой вещей и что привнесено в нее человеком; тогда получился бы прямой вывод о связи между образованием и общественной жизнью. Но император Феодор этого не дает. Вместо того он говорит об отношении между природой и случайностью или свободной волей. Способность пере­варивать пищу животные получают от природы, но ее нельзя делать ответственною за объядение и проистекающий отсюда вред для организма. Пальцы на руке суть произведение природы, но шесть пальцев на руке суть уже случайность, идущая вразрез с целями, которые природа себе поставила⁹⁴. В природе не все добро, природа может ошибаться. Поэтому неправы те, кто говорит, что то или дру­гое не от природы: то, что отступает от общего порядка природы, также согласно с природой. Неправы и те, кто с легким сердцем

" Хицо1 xal бицбс,, Хбуод xai tm&v\iia [влага и ярость, слово и желание]. Col. 1341.

⁹² Col. 1342-1343.

⁹³ Там же: AtaxcoptacojiEV yovv Tiva toutcdv xal tffiv uXXcov cpwEi xal tiva GtoEi' £Up£9i^OETai б£ touto ex tuv TEXaw- та yap тсХт) 6т]Холо1£Т Tf|v apxilv... outco 6f| xal ev EmoTi^nai? xal texvou; ava<pav{i тб (puaEi те xal тб seoei [Мы будем, стало быть, различать то, что у этих и тех по природе, и то, что у дру­ гих — по положению; исследовано это будет от итогов: концы ведь делают очевидным начало... таким образом и в науках и в искусствах показывается и то, что по природе, и то, что по положению].

⁹⁴ Col. 1344: -rtiv xeipa бахтиХоид exeiv бЕТ фйоЕшс,, 6| б£ оЪ... xal тб uiv exeiv Tf|v ХЕТра бахтиХоис; (рШЕСОС/ тб б£ лХ£(огл; фШЕшд iiev, аяотихогют]? б£ тог) охолой "exei биУп xai то аицрЕ|Зт1хс()5 Tiva 6uva|iiv [должно от природы, чтобы на руке были пальцы, шести же (пальцев) не бывает... на руке пальцы от природы, нормальное их число — от природы; бывает же и не так. Поэто­ му имеет силу и некая случайность].

274 Глава IV

говорит: «таков закон природы» или что-нибудь подобное, хотя они никогда не видали книгу этого закона⁹⁵. То же самое можно сказать и относительно образования. Часто ссылаются на принципы науки, но при этом упускают из виду, что совершенная наука охватывает часто самые различные и даже противоположные начала⁹⁶. Все имеет свои корни в природе, и всякая техника опирается на науку⁹⁷. Развивая эту мысль, Феодор приходит к выводу, что общественная жизнь про­истекает из трех причин: природа, смешение^хху людей (храочс,?) и образование. Природа создала человека для совместной жизни; но где нет собрания людей (отгуе'Хеши;), там невозможно и общество. Что касается образованности, то она, при этом, не всегда бывает налицо⁹⁸. Впрочем, относительно необходимости просвещения для общественной жизни имп[ератор] Феодор колебался, и, по-видимо­му, для него было не совсем ясно, нужно ли просвещение только для того, чтобы общество было благоустроено, или же без просвещения общество совсем невозможно. Он выражается здесь недостаточно • ясно⁹⁹. Но одно, кажется, можно сказать с уверенностью, а именно,

⁹⁵ Там же: лоХХо1 Ы xal яараХбушд oi)XXoyit;6u£voi imoXanpavouai та ИЛ хата (pwiv... ойх ёоп ol, хата тбу £|i6v Xoyov. oil Tfjg фиотсод тб цл хата фйа1У, аХХа фйотсод hev лХлцц£Хойот|д fl алчройсглд... foiei yap xal Tiveg cpaai тад otxefag 6iaxp(a£ig EtUaXoiJvreg «'O v6uog еоте», цт|6£ rf|v убцои ptpXov 166VTEC, [и многие рассуждают неправильно, полагая: «это не в согласии с приро­ дой».. . это не так, по моему мнению: «не в согласии с природой» не значит, что не от природы, но от природы грешащей или неочищенной... еще не­ которые распускают собственные суждения «так говорит закон», не будучи знакомыми с книгой закона].

⁹⁶ Там же: та той nai6e(ag шоагяшд... xai тб uiv К, елют^илс брцау, focog uv, ToOTOig EyyCvETai, тб 6£ цл хатй тойд Елиттпцпд xav6vag (paoxeiv, o\) T£Xe£ag rfjg Елютлилд [таким образом, то, что от воспитания... и то, что выводится из науки, было бы у них равным, однако то, что противоречит канонам науки, не противоречит (канонам) совершенной науки].

⁹⁷ "Ест 64 лаута ev -rfj (pwei xai лааа т£х\т| ev Етотчцп [все существует в природе и всякая техника — в науке]. — Col. 1345.

⁹⁸ Col. 1352: Tpixug yap xoivcoveT то Xoyix6v £6>ov, fl yap xpuaei, f) фйа£1, Л лшб£(а. Kai тлд hev фиасхлд xoivcovia xai nai6da Eorl, Tfi xpacrci oux OEl naioda eoriv, e[ цл хата тойс, £ipE|i£voi)g Хбуоид, Urn яааа бутбтлд фйаЕСод. xuv uya9r|, xuv лаоа texvh Елютпцлд (bommog, xal oti txciQcv ex£i •rfiv ёушо1У. Kal Tfj iiev ow фиа1ХТ) xotvcovia, ug Eiperai, ЯЕлХсуцёуп ael xai ла1б£(а. [Троя­ ким образом разумное существо соединяется: или смешением, или природой, или образованием. Есть общность природы и есть образование; образование же не всегда происходит смешением (если исключить известные слова, что пенкам реальность — от природы). И точно так же искусство науки прекрасно и но )гому обладает единством. А ведь к природной общности, как говорится, нтда приплетено и образование].

''''Col. 1353: Ouaixf) б£ xoivoovfa ла1бе(а a£i, eite jiEpixfflg, (bg тоТд ti'xvixjiv, fnnfii'i xal (XEpixcoTepa EXETae f] фиа1хг| ax^aig, etTE xaSoXixfflg, (bg ('«уаОбд лро(П|)1'(1п xoivwvei navri ауабф- тоВто yap nat6eiag. Ou ХйуоцЕУ ot 5плг|) dii; oi'ix olor nai6c(av, oi) xoivcova olg xoivwve! фЛоабфшд, uXX' бт1 6 xuXi'm; примкну (|>|Х()(«)фп. Тойто бе то xaXug npdrTEiv tov атратпубу f\ toy

j' /. Философские направления eXI-XIII вв. 275

что условия, необходимые для образования общества в широком смысле, суть, по его мнению, те же самые, которые нужны для воз­никновения союзов или сообществ, ставящих себе какую-нибудь специальную цель, например для производства строительных работ.

Из этого краткого обзора вопросов и тем видно, что философские взгляды Феодора Ласкаря носят сильно выраженный эклектический характер и отчасти, может быть, даже школьный, — отражая на себе содержание и приемы установившегося к его времени философского образования. Сочинения, специально посвященного политической философии, у него, однако, нет, но отдельные мысли, относящиеся сюда, встречаются у него в обоих рассмотренных произведениях.

Призвав, что всякое общество нуждается быть благоустроенным, в просвещении, а всякое просвещение, всякая наука имеют свои кор­ни и свой исход в философии, Феодор совершенно последовательно выдвигает тему об отношении государства к философии. Но, ссыла­ясь на Платона, он заявляет, что философия и власть редко соединя­ются в одном лице ¹⁰°. В этом отношении он держится совершенно пессимистических взглядов. Цари очень часто находятся в рабстве у своих страстей, творят всякие несправедливости¹⁰¹. Вместо того чтобы руководить общественным мнением, умонастроением народа, цари сами находятся у него в подчинении. Образцом правителя явля­ются, в его глазах, Моисей и Щисус] Навин, но он не объясняет до-

upxovta, f) t6v texv(tt|v, f) t6v фСХоу qnXocKxp(ag xai owplag eot(v. [Воспита­ние всегда является природной общностью либо частично — как у детей, по­скольку естественное состояние тут наиболее частично; либо же в целом — когда благой по (собственному) выбору объединяется со всем благим, а это от воспитания. Мы не говорим, что если кто-то не получил воспитания, он не сообщается с теми, кто объединен философским воспитанием, но (гово­рим, что) прекрасно поступающий философствует, будь то полководец, или начальник, или ремесленник, или друг философии и мудрости].

¹⁰⁰ Koaiiixfi SijAfomg, III: xaXug е?рлхе ПХатшУ аХХ' ov>6£lg фЛбаофод paoiAeuc,, бт1 otttetg paaiXEug фйбоофод. фЛбаофОУ 6t y£ xal paoiXea, xal фЛооофогпта раочХ£а xal фЛбаофОУ paaiXeuvra, xai лог) paaiXEUEiv xai фЛоаофеТу FTXUTCOV EtpEXE, v6£i- T6v hev tow naGuv, T6v ot tcdv айтотЗ тр фЛоаоф(а тебраццеЧ'ог) paaiXeun^vaw. 6ia таОта onaviov ^ev eori paatXETv Tiva tuv na9<5v, f) фЛбаофог [прекрасно изрек Платон, что никакой философ не бывает царем и никакой царь — философом. Когда Платон изрек, что фи­ лософ и царь, философствующий царь и царствующий философ, царствует и философствует, он замечает: один (управляется) страстями, в другом они (страсти) подчиняются ему, воспитанному философией. По этой причине редко кто царствует над страстями — или он философ]. XII, 25. Ссылка, кажется, не вполне удачная. Ср. Госуд. 473 d.

¹⁰¹ XII, 30: a6ix(a хат£охаг|)е бгмггойд, xai циЕХойд Xawv E|Exeva)OE. лоП Eoriv fiSo-vfi; tpexei ч vu| xai ol тф ббрлф трифлааутес, Elg if|v aupiov vt^o-rag хабЕО-ifjxaaiv f|6ovfjg [несправедливость разрушила сильных и мозг народов иссушила. Где наслаждение? Бежит ночь, и нежившиеся на ужине наутро ощутили голод наслаждения]. Автор ссылается на книгу пр. Исайи 9, 14 и след.

276 Глава IV

статочно основания своего мнения¹⁰². Зато он дает длинный список свойств и добродетелей, которыми должен обладать царь, начиная с искренности и ревности к делу и кончая мужеством и справедли­востью¹⁰³. Упоминает он также о том, что настоящий царь должен быть не только правителем, но и полководцем, должен стараться о том, чтобы армия была всегда на высоте положения, и стоять во главе ее¹⁰⁴. Некоторые подмечают здесь у Феодора скрытую полеми­ку с Влеммидом '°⁵. Но можно, с другой стороны, сказать, что в ука­занном перечислении он проявил очень мало самостоятельности, соединив в нем требования, которые предъявлялись к личности царя в разные эпохи и разными философскими направлениями. Конечной задачей, к выполнению которой должен царь стремиться, это стать образом Бога, от которого он получил свою власть¹⁰⁶. Этой мысли Феодор, к сожалению, не дает никакого дальнейшего развития.