Фото 04005

Фрагмент газеты, 1939 г.

(фотокопия из фондов ликвидированного музея АТЛ)

Несмотря на ужасающие итоги этой краткосрочной войны¹⁵⁷, настоящие испытания мужества и стойкости советского народа были еще впереди – 22 июня 1941 г. началась Великая Отечественная война.

Уже спустя часы после нападения войск гитлеровской Германии во всем СССР вступили в действие мобилизационные планы, в том числе и в масштабах отдельных предприятий. В соответствии с ними АТУЛ незамедлительно начал передачу РККА автомобильной техники. Только по состоянию на октябрь 1941 г. из Ленинграда в вооруженные силы было передано 9460 грузовых, 1930 легковых автомобилей и более 1000 мотоциклов. Из Ленинградской области также было передано около 3600 единиц различного транспорта и 54 500 лошадей.¹⁵⁸

Фото 04004

Наряд на мобилизацию автотранспорта

(из фондов ликвидированного музея АТЛ)

Вместе с техникой АТУЛ передал вооруженным силам и сотни шоферов, рабочих-ремонтников, инженеров и служащих различных автотранспортных предприятий.

В результате этих мероприятий количество автотранспорта и персонала в АТУЛ сократилось колоссально. В сложившихся условиях Управлению приходилось не только решать задачи по внутригородским перевозкам, но и вносить свой вклад в обеспечение обороны Ленинграда. И все это куда как меньшими силами и средствами, чем были в распоряжении АТУЛ до начала боев.

Подразделения, входившие в состав АТУЛ, также были переориентированы на удовлетворение требований военного времени. Так, в Центральных авторемонтных мастерских¹⁵⁹ было организовано производство деталей для стрелкового вооружения и боеприпасов, производился ремонт боевой техники и автомобилей для фронта. Только за период с июля 1941 г. по март 1942 г. ЦАРМ отремонтировали 603 автомобиля и 206 двигателей.

Даже в особо трудный для города период с декабря 1941 г. по март 1942 г., когда на большинстве предприятий города было свернуто всякое производство из-за отсутствия электроэнергии, воды и отопления, ЦАРМ продолжали свою деятельность. Работа не была остановлена и тогда, когда Ленинград оказался в окружении вражеских войск, а норма выдачи хлеба рабочим сократилась до 250, а служащим, иждивенцам и детям – до 125 грамм в сутки. Рабочие мастерских, чтобы от бессилия не выронить из рук инструмент, привязывали его. Многие были вынуждены привязывать к стульям и станкам себя, опасаясь, что упав, сил подняться уже не будет.

Спустя четыре десятилетия ветеран ленинградского автотранспорта И.Я. Турбович¹⁶⁰ так вспоминал о своих коллегах, трудившихся в Ленинграде зимой 1941-42 гг.:

Фото 04001

И.Я. Турбович, участник обороны Ленинграда, 1961 г.

(фото из фондов ликвидированного музея АТЛ)

Расположение – внутри нижеследующего текста, слева.

«…когда тысячи людей ежедневно умирали от голода… в промерзших мастерских и боксах при тусклом свете коптилок трудились ремонтные рабочие. Голод, невзгоды до предела истощили их силы. Но они не покидали своих рабочих мест. Изготовляли детали для снарядов, ремонтировали штабные «Эмки» и броневики…

[Трое суток] не выходил из цеха начальник мастерских Александр Иванович Степанов, пока не наладил выпуск специального заказа. Когда я утром вошел в цех, увидел Степанова, как-то неуклюже сидящего на стуле, прислонившись к шкафу. Я полагал, что он спит, и попытался разбудить его, но уже было поздно. Александр Иванович, обессилив от постоянного недоедания, умер…»¹⁶¹