§ 2. Федеральное Собрание в системе органов

государственной власти Российской Федерации

Конституция РФ учреждает Федеральное Собрание (Совет

Федерации и Государственная Дума) как один из органов, осуществляющих государственную власть в Российской Феде- рации (ч. 1 ст. 11). Поскольку эта статья помещена в гл. 2 «Основы конституционного строя», изменить положение Фе- дерального Собрания в системе органов государственной вла- сти можно только через сложный порядок изменения самой Конституции РФ. Прочное положение Федерального Собра- ния, таким образом, обеспечено наивысшей конституционно- правовой гарантией — настолько сильной, что само Федераль- ное Собрание не вправе пересмотреть свое положение (это вы- текает из ч. 1 ст. 135 Конституции РФ).

Другая важная гарантия, закрепленная в «Основах консти-

туционного строя», состоит в том, что орган законодательной власти как часть системы разделения властей самостоятелен по отношению к другим. Положение Федерального Собрания, таким образом, определяется принципом разделения властей, который в равной мере противостоит непомерному возвыше- нию любой из трех властей и возможности контроля одной власти другой.

Независимость — важнейшее условие успешного выполне-

ния парламентом своих функций. Конституция РФ не опре-

Глава 23. Федеральное Собрание Российской Федерации 471

деляет точных границ сферы законодательства, которое мо-

жет быть принято Федеральным Собранием, вследствие чего парламент вправе принимать (или не принимать) любые зако- ны без чьей-либо указки. Федеральное Собрание не подчиня- ется какому бы то ни было контролю со стороны исполнитель- ной власти. Оно самостоятельно определяет потребность в своих расходах, которые фиксируются в государственном бюджете, и бесконтрольно распоряжается этими средствами, что обеспечивает ему финансовую независимость. Обе палаты Федерального Собрания создают себе вспомогательный аппа- рат, в деятельность которого исполнительная власть не вме- шивается. Парламент сам определяет свою внутреннюю орга- низацию и процедуру, руководствуясь только требованиями Конституции РФ. И самое главное: никто не может вмеши- ваться в прерогативу Федерального Собрания по принятию законов, чем обеспечивается подлинное всесилие, парламента и его назависимость в отправлении своей главной функции.

Вместе с тем законотворческая независимость не является

абсолютной. Она ограничивается через такие институты кон- ституционного права, как президентское вето, референдум, поскольку с его помощью могут быть одобрены некоторые за- коны и без парламента, чрезвычайное и военное положение, которые приостанавливают действие законов, право Конститу- ционного Суда РФ объявлять законы неконституционными, право Президента РФ распускать Государственную Думу при определенных обстоятельствах, ратифицированные междуна- родные договоры, которые по юридической силе выше зако- нов, требование Конституции РФ о принятии Государственной Думой финансовых законов только при наличии заключения Правительства РФ. Эти ограничения вытекают из принципа разделения властей с его «сдержками и противовесами». Они, однако, не умаляют независимого положения Федерального Собрания в системе органов Российского государства.

Конституция РФ (ст. 94) устанавливает, что Федеральное

Собрание — парламент Российской Федерации, тем самым давая ему не более как самую общую характеристику через общеупотребительный термин. Но далее в этой же статье Федеральное Собрание характеризуется как представитель- ный и законодательный орган Российской Федерации, что уже раскрывает основное назначение данного парламентско- го учреждения.

Федеральное Собрание основывается на принципиально новом понимании народного представительства по сравнению с тем, которое определяло положение представительных орга-

472 Раздел VI. Органы государственной власти в РФ

нов прежде. Законодательные органы теперь не образуют еди-

ную вертикаль подчиняющихся снизу вверх всех Советов, хотя Федеральное Собрание занимает высшее положение как орган федеральной законодательной власти. Федеральное Со- брание отражает реальный федерализм, построенный на стро- гом разделении предметов ведения и полномочий органов го- сударственной власти Федерации и ее субъектов. Если по прежней российской Конституции парламент характеризовал- ся как законодательный, распорядительный и контрольный орган государственной власти, то теперь это только предста- вительный и законодательный орган, не обладающий функци- ей прямого контроля за исполнительной властью.

Как представительный орган Федеральное Собрание высту-

пает выразителем интересов и воли всего многонационально- го народа, т. е. граждан Российской Федерации. Народное представительство обеспечивается демократической избира- тельной системой, открывающей возможность избрания в парламент для каждого гражданина в соответствии с законом. Поскольку в правовом государстве выборы носят свободный характер и не подчинены иллюзорной цели добиться участия в деятельности парламента всех социальных групп и слоев населения, в Федеральном Собрании представлены професси- ональные политики безотносительно их национальности или социальному положению. Требовать представительства в пар- ламенте всех слоев и групп населения — это значит возвра- щаться к ложной практике времен социализма, когда такое «зеркальное» представительство организовывалось партаппа- ратом, а по существу навязывалось народу под лозунгом со- циалистической демократии. Максимум представительности, которая может быть обеспечена демократической избиратель- ной системой, — это избрание в парламент депутатов от всех географических регионов страны и от всех политических партий, пользующихся достаточной поддержкой населения.

Чисто внешне представительный характер Федерального

Собрания возникает вследствие того, что депутаты Государ- ственной Думы представляют своих избирателей, а члены Совета Федерации являются представителями субъектов Рос- сийской Федерации. Самым простым было бы сделать отсю- да вывод, что как депутаты первой палаты, так и члены вто- рой обязаны во всех случаях без всяких отклонений выра- жать интересы тех, кто их избрал, и несут перед ними полную ответственность за свою деятельность. Именно так трактовала природу парламентского мандата социалистичес-